Category: напитки

Category was added automatically. Read all entries about "напитки".

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Первый акт перестройки. Анти алкогольная кампания в СССР

В мае 1985 года началась анти-алкогольная кампания Михаила Горбачева.  Она по своей сути заменяла анти-алькогольную кампанию начатую еще при Леониде Брежневе. В ее основу легли два документа.  7 мая 1985 года были приняты два постановления -- ЦК КПСС «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма» и Совмина СССР № 410 «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма, искоренению самогоноварения».


Collapse )

Проблема алкоголизма в СССР

Самой первой крупной акцией в СССР, которую предпринял Михаил Горбачев в качестве генсека ЦК КПСС была анти-алкогольная кампания. Пьянство в стране приняло широкие масштабы, это 4 млн алкоголиков и 30 млн употребляющих в целом. Кажется на первый взгляд, что ничего вредного это дело борьбы с пьянством СССР принести не могло.

Collapse )

Чем воюют США и Евросоюз друг с другом

Торговая война США и ЕС задевает не только производителей металлургии, газа, но и таких товаров как например джинсы, виски, оливки. Когда США ввели пошлины на сталь и алюминий, Евросоюз ввел ответные пошлины на косметику, соки, катера, одежду, те же джинсы, виски, оливки и даже игральные карты. США в ответ дополнили санкции схожими продуктами.
Collapse )

Социализм в белых перчатках не строят

После выступления руководителя Урала Ивана Кабакова, начал выступать Никола́й Па́влович Брюханов, тогда кандидат в члены ЦК ВКП(б) и народный комиссар финансов СССР.


Николай Брюханов

Николая Брюханов сразу перешел к делу заявив о некоторых перегрузках в денежно-кредитной системе, пока не представлявших большой опасности, говорил он об необходимости укрепление валютно-экспортного баланса. Брюханов отметил, что резолюция пленума мало внимания уделяет этим вопросам.
Затем же он перешел к бюджету, консувшись темы выступления его заместителя М. Фрумкина и скупости его ведомства:
"Бюджет. О нем довольно много здесь говорилось. Я хочу подчеркнуть следующее: мы выделяем на финансирование промышленности из бюджета – на финансирование промышленности в целом, не только на капитальное строительство – 803 миллиона рублей. "
Брюханов далее начинает перечислять новые источники доходов бюджета страны на индустриальные нужды:
"Мы довольно значительно повысили цифру, которая была запроектирована первоначально не Фрумкиным, а всем Наркомфином в целом. Тов. Рыков отмечал, каким образом мы достигли этого напряжения. Мы достигли его увеличением цен на водку, увеличением и доведением до большого напряжения наших государственных займов. "

Брюханов называет источник бюджетных поступлений -- водка и ее увеличение цены на нее. В самом деле это было не последним пунктом в бюджетной статистике. Практика латания бюджетных дыр брала корни с времен царизма, именно такую практику широко применял министр финансов Сергей Юльевич Витте.
В 1894 г. году ввели винную монополию, она распространялась на очистку спирта и торговлю крепкими спиртными напитками. Винокуренные предприятия хотя и могли принадлежать частным предпринимателям, но весь производимый ими спирт покупался казной, затем он проходил очистку на государственных складах и продавался уже только в государственных винных лавках,  по установленной государством цене.





Лев Троцкий в 1914 году писал об этом так:
" В 1894 г. вводится нынешняя винная монополия -- отчасти в интересах помещиков-винокуров, которым выгоднее иметь дело с бюрократией, чем с капиталистическим рынком, а главным образом, -- в интересах фиска.
В рамках монополии потребление вина растет, как лавина, далеко обгоняя рост населения и рост производительных сил. Правительственные люди-сидельцы являются ретивыми агентами по спаиванию народа. В этом отношении они продолжают лишь прочные традиции кабацких годов XVII в. и откупщиков XIX в. В 1904 г. казна выручила за водку 504 милл. р., из них 365 чистой прибыли.
В 1914 г. винная монополия дает не менее миллиарда, в том числе около 750 миллионов чистого барыша. За одно десятилетие валовой и чистый доходы увеличились в два раза! Несмотря на то, что помещикам государство платит за спирт втридорога, оно взимает затем за водку в 4 раза больше, чем расходует за нее само -- свыше 300% чистого барыша..."

Действительно, 1913 году общая выручка от винной монополии составила 26 процентов доходов бюджета России. Достаточно сложно представить бюджет царской России без алкогольных вливаний. В нищей аграрной стране это играло крайне важную роль
Лев Троцкий возмущаясь этим писал:
"Основой нашего фиска служат косвенные налоги. Их огромное преимущество для власти в том, что они незаметны глазу, не вооруженному знанием.
Налоги на предметы первой необходимости, заставляя беспомощные народные массы задыхаться от дороговизны, вернее всего наполняют казенный сундук. А в центре всей системы косвенного обложения на протяжении ряда столетий бьет животворящим фонтаном -- водка!
Сейчас у нас, в связи со сменой министерства, только ленивый не бранил казенной винной монополии. И впрямь она срамом покрыла наш бюджет. Да разве срам этот случайный? Разве он со вчерашнего дня пошел?
Разве введенная 20 лет назад водочная монополия -- единственный способ превращать народное бедствие -- пьянство -- в источник обогащения для имущих классов и государства?"

С началом Первой мировой войны торговля спиртными напитками была запрещена. После революции алкогольное производство не было восстановлено, сухой закон был продлен на несколько лет. Однако все это время в ЦК РКП (б) шла борьба борьбе между теми кто хотел легализовать водку и теми кто хотел продлить сухой закон.
 Лев Троцкий был твердо за сухой закон. Из письма Л.Д. Троцкого членам ЦК и ЦКК РКП(б), от 8 октября 1923 г.
"Грозным симптомом явилась попытка Политбюро построить бюджет на продаже водки, т.е. сделать доходы рабочего государства независимыми от успехов хозяйственного строительства.
Только решительный протест внутри ЦК и за его пределами приостановил эту попытку, которая нанесла бы жесточайший удар не только хозяйственной работе, но и самой партии. Однако, мысль о дальнейшей легализации водки Центральным Комитетом не отвергнута до сих пор"
Троцкий высказал это в 1923 году и своей позиции по данному вопросу не менял. Причем что интересно, в 1923 г. партия правда отвергла пьяный бюджет
 3 сентября Троцкий сообщал Муралову:
«Предложение о продаже водки действительно взято обратно. Но партии необходимо удвоить энергию в борьбе с алкоголизмом, легализованным и нелегализованным, во всех его видах».


Лев Троцкий был категорическим противником легализации водки и использования ее как средства пополнения бюджета

Но Троцкий все же проиграл. В октябре 1924 г. пленум ЦК РКП (б) принял решение о введении винной монополии. Главным монополистом со стороны государства становился Центроспирт.
В декабре 1924 года, почти ровно через 10 лет после введения сухого закона в России вновь начался выпуск водки. На  прилавки магазинов легла первая советская водка, она же прозванная в народе «рыковка», по фамилии председателя Совнаркома А. Рыкова.


А. Рыков в декабре 1924 г. осчастливил миллионы людей легализовав водку, а  бюджет государства наполнил огромными денежными поступлениями

Тогда же в декабре того года, когда "рыковки" легли на прилавки магазинов  писатель М. Булгаков записал в своем дневнике:
«В Москве событие – выпустили 30° водку, которую публика с полным основанием назвала «рыковкой». Отличается она от царской водки тем, что на десять градусов она слабее, хуже на вкус и в четыре раза её дороже».
«Водку называют «Рыковка» и «Полурыковка». «Полурыковка» потому, что она в 30°, а сам Рыков (горький пьяница) пьёт в 60°».
Итак, пятая монополия на алкоголь была введена в 1924 году, все производство было национализрованно советским государством, предприятием Центроспирт


У лавки Центроспирта



В итоге водка стала давать вскоре до 10 % бюджетных доходов Однако в руководстве ВКП (б) этого считали явно недостаточным. Потенциал водки как средства получения денег был далеко не исчерпан.
Иосиф Сталин это понимал и на 14 съезде ВКП (б), происходившим в декабре 1925 года говорил следующим образом:
«Кстати, два слова об одном из источников резерва — о водке. Есть люди, которые думают, что можно строить социализм в белых перчатках. Это — грубейшая ошибка, товарищи.
Ежели у нас нет займов, ежели мы бедны капиталами, и если, кроме того, мы не можем пойти в кабалу к западноевропейским капиталистам, не можем принять тех кабальных условий, которые они нам предлагают и которые мы отвергли, то остаётся одно: искать источников в других областях.
Это всё-таки лучше, чем закабаление. Тут надо выбирать между кабалой и водкой, и люди, которые думают, что можно строить социализм в белых перчатках, жестоко ошибаются».


Иосиф Сталин сказал, что социализм не строят в белых перчатках и надо развивать водочную индустрию

Решения партийного съезда стали претворятся в жизнь. Так в Самаре началась реконструкция одного из старейших предприятий губернии – казенного спиртового завода на улице Никитинской, который позже был переименован в Самарский (Куйбышевский) ликеро-водочный завод.
Еще в 1895 г. по приказу министра финансов графа Витте Сергея Юльевича основан в Самаре спиртоочистительный (ректификационный) завод для производства водки и другой ликерной продукции и казенной продажи.С 1914 г. завод  выпускает спирт и другую продукцию для фронта,  после революции завод начинает работу заново, сначала как винный и спиртовый склад. Но в 1924 г. снова  стал выпускать водку.


Самарский (Куйбышевский) ликеро-водочный завод, основанный во времена С. Витте,  в 1924 г. начал выпускать легализованную водку



В те же годы происходила и серьезная реорганизация бывшего пивоваренного завода Альфреда фон Вакано, который был национализирован еще в 1918 году, но в период гражданской войны не работал. И такие предприятия десятками открывались по всей стране


Новочеркасский водочный завод, основанный в 1888 г. и простаивавший с 1914 г. снова заработал

Политика власти по увеличению выпуска алкогольной продукции и повышении цен на нее дало положительные плоды -- водка стала давать уже не 10%, а 14% от всех бюджетных потуплений и это был еще не предел.


Коммерческий успех этих людей давал государству к концу 1920-х 14% дохода

Возвращаясь к пленуму и речи Брюханова, он далее говорил об том, как наркомфин экономил денежные средства:
"Мы достигли этого напряжения путем жесткого, болезненного сокращения всех кредитов на экспортную торговлю, путем сокращения кредитов на оборону, на военное ведомство, на транспорт, на республиканские нужды, в местные бюджеты и, несомненно, путем недодачи кредитов по линии сельского хозяйства.
Мы думаем – позвольте в этом отношении нам, работникам Наркомфина, быть экспертами, – мы думаем, что этот сжатый план не будет нами полностью выдержан и что кое-что из бюджета и по линии сельского хозяйства, и по линии экспортной торговли, и по линии обороны придется еще в течение года добавить."
С позиции наркомфина очень многим отраслям пришлось бы умерить аппетиты -- транспорт не получил бы средств для количественного и качественного рывка, а армия не смогла получить бы долгожданное перевооружение.

Далее Брюханов говорит о спорах вокруг суммы бюджетных вливаний:
"Цифру в 650 млн. защищал не только Фрумкин, а весь Наркомфин. Я хочу предостеречь товарищей от возможности неправильного использования заявления тов. Сталина. Нельзя к спору о цифре ассигнований на промышленность подходить с меркой тех или иных уклонов.
Достаточно привести такие цифры. Я думаю, что тов. Куйбышев не откажется подтвердить, что в президиуме ВСНХ первоначальная цифра ассигнований из бюджета на промышленность, которая была внесена не тов. Куйбышевым, а его ближайшими помощниками, членами ЦК, выражалась в сумме 1100 млн. руб.
Тов. Куйбышев сказал про эту цифру, что она заведомо велика, непосильна для бюджета, и предложил ограничиться цифрой в 900 млн. руб."


В. Куйбышев согласился уменшить сумму с 1100 млн до 900 млн, однако Брюханов посчитал, что и это слишком много

Далее он приводит факт того, что ГОСПЛАН (Крижижановский) хотели сумму на 200 млн меньше:
" Госплан не согласился с заявкой тов. Куйбышева и выступил с цифрой в 700 млн. руб. Что же, там сидят сплошь правые уклонисты? Конечно, это не так. Наркомфин выступил с цифрой в 650 млн. руб. вместо цифры тов.Куйбышева в 900 млн. руб. Политбюро предложило цифру 780–800 млн. руб.
Что же, в Политбюро сидят аграризаторы? Ясно, что этого нет. Понятно, что не всякая заявка должна быть удовлетворена полностью, согласно воле заявителя. Если мы под этим углом зрения будем рассматривать работу Наркомфина, то, конечно, в Наркомфине найдутся всякие уклоны и только исключительно уклоны. Наркомфин против обороны, о чем здесь говорили тт. Уншлихт и Бубнов. Он против сельского хозяйства.
Это доказывал тов. Кубяк. Он против транспорта (смотри речь Сулимова), против просвещения (Скрыпник). Он также и против промышленности, о чем говорили многие товарищи. Таким образом, с этой точки зрения оценивать цифровые предложения Наркомфина было бы совершенно неправильно."

После Брюханова выступать начал Андрей Матвеевич Лежава, председатель Государственного планового комитета РСФСР. Тот самый, которого В. Ломинадзе и Л. Щацкин подвергли уничтожительной критике, видите ли что он не хотел развития колхозов.


Андрей Лежава

Лежава почти всю речь посвятил нападкам на Ломинадзе:
"Я узнал у себя, сидя за работой, что на меня здесь мундир надел тов. Ломинадзе, и я хочу дать некоторые разъяснения. Видите ли, мне кажется, в этом зале, в эту минуту, когда мы обсуждаем очень серьезные и ответственные вопросы, относящиеся к нашей партии всевозможные течения и уклоны, – максимальная добросовестность является императивной обязанностью для каждого из нас.
Тов. Ломинадзе ознакомился, оказывается, со стенограммой моего выступления на ячейке Госплана, мною не просмотренной, причем я не могу сейчас в точности восстановить ее в памяти. Он, конечно, там увидел бы гораздо более значащие места, чем те отдельные две или три фразы, которые он цитировал.

Ломинадзе. Они достаточны.

Лежава. Выдерните фразы из любой произнесенной здесь речи и вы сможете ей придать любой уклон. Выдерните фразы из вчерашней речи Сталина, и можно состряпать какой угодно уклон, о котором т. Сталину, вообще говоря, не снилось. Это можно сделать таким путем и разделать его как уклониста. Из его речи можно сделать и российского националиста, и правого уклониста, и все что хотите."

Далее Лежава продолжил контркритику:
Вы меня достаточно знаете, и кто может поверить, чтобы мною было когда-нибудь сказано, что я не за поднятие колхозного строительства?
Это ведь было бы в высшей мере сомнительно слышать из уст того человека, который до нэпа и после нэпа стоял на страже всех кооперативных форм, вел отчаянную борьбу в период военного коммунизма, чтобы сберечь какой-нибудь остаток кооперативной организации, что он против колхозов.
Лежава все усиливал критику Ломинадзе:
"А мне тов. Ломинадзе бросил подозрение в том, что я этого колхозного строительства не понимаю! Извините, пожалуйста, читайте и знакомьтесь со стенограммой и со всей линией моей работы, с моими недавними статьями и выступлениями по колхозным вопросам.
Но я бичую и постоянно преследую наших работников за головотяпство, за ненужное распыление денег, которое бывает и в организации наших колхозов, как и в промышленности, и в экспорте, и в других строительствах, – я это говорю. Иногда, бывает, резкое выражение сорвется, вроде «псу под хвост». Так вы что же, по отдельной фразе намереваетесь стряпать характеристики политических линий и преподносить их пленуму ЦК? Это же недопустимо!"


Лежава обвинил В. Ломинадзе (на фото) в том, что тот выдергивает цитаты из контекста

Лежава пошел далее и заявил о психозе в партии:
"Теперь вопрос относительно того, что я там говорил, что разговоры о правых уклонах у нас превращаются в психоз.
Но надо считаться с той реальной обстановкой, в которой это сказано и к кому обращено это слово. Когда у меня на глазах ячейке подведомственного мне учреждения, в которой в течение трех или четырех заседаний слушали подчас всякую несуразицу и угрожало столпотворение вавилонское, надо было публику ввести в определенные рамки.
А вы прочли, тов. Ломинадзе, пленуму то место моей стенограммы, где у меня сказано, что там, где товарищ определенно выявит правый уклон, нужно воздействовать на него убеждением и что, если он упорно не поддается убеждению и делает свое, его надо устранить от работы?  Я вас спрашиваю, тов. Ломинадзе, прочли и доложили вы пленуму это место моей стенограммы?
Вот, товарищи, я хотел дать вам это разъяснение. Думаю, что выходка тов. Ломинадзе мелочь, относительно которой долго вашего внимания задерживать не следует.
Но хотел только призвать к одному в этом ответственном деле, когда действительно с опасными уклонами борьбу надо вести и идеологически и не идеологически, я считаю, что максимальная осторожность и добросовестность изучения и констатации фактов является чрезвычайно серьезной нашей обязанностью, иначе можем много горшков побить, больше, чем это вызывается обстоятельствами дела."
На этом выступление Лежавы закончилось, об вопросах индустриализации и экономики РСФСР он не произнес ни слова.
Следующим слово взял Бори́с Петро́вич Шеболда́ев, на тот момент секретарь Нижне-Волжского крайкома ВКП(б).


Борис Щеболдаев

Шеболдаев говорил о необходимости проводить линию решений 15 съезда и плавно перешел на критику А. Рыкова:
" Прошлый год показал, что в отношении промышленности мы сделали больше, чем рассчитывали, и это является результатом того, что внимание партии было сконцентрировано на вопросах поднятия нашей промышленности. Плохо, что мы не сделали того же в отношении сельского хозяйства.
Но это говорит о том, что действительное внимание к той или иной отрасли нашего хозяйства, которое выражается не только в планах, не только в отпускаемых средствах, но и в тех лозунгах, в тех установках, которые даются по тому или иному участку нашего строительства, имеет огромное значение.
Каждый из нас знает, что лозунг, что идея, вокруг которой партия мобилизует массу, действительно превращается в силу и находит практическое выражение в росте процентов выполнения хозяйственных директив партии. И вот поэтому я считаю необходимым указать на те оговорки, которые имели место и в докладе Алексея Ивановича, которые могут повести к ослаблению нашего внимания к боевым участкам нашего хозяйства. Прежде всего, в отношении индустриализации страны в целом."

Щеболдаев ясно говорил, что никаких оговорок быть не может.
" В тот момент, когда мы ставили вопрос о крупнейшем подъеме, об огромнейшем напряжении сил для дальнейшего продвижения вперед в деле индустриализации, ставится вопрос о мыслимости понижения темпа индустриализации, делаются оговорки относительно плана развития нашей легкой промышленности как плана явно недостаточного.
Далее оратор говорил, что правые настроения проникли в ВКП (б) достаточно глубоко:
"В обычной обстановке такие оговорки не имеют значения. Но мы знаем, что по этим вопросам имеются различные точки зрения не только в партии, но и за пределами партии. Статьи в «Торгово-промышленной газете» и в различных экономических журналах с очевидностью говорят об этом.
Даже в Московской организации имелись отдельные выступления товарищей, которые констатировали свои ошибки именно по этим вопросам.
Тов. Пеньков на пленуме МК таким образом сформулировал эти свои ошибки по вопросу об индустриализации: «У меня были ошибки (они были и у других товарищей) такого порядка: я считал, что мы слишком забегаем вперед в области развития индустрии и что нужно больше внимания уделить легкой промышленности». Такого рода заявлений достаточно много в стенограмме октябрьского пленума МК.

Другой пример – тов. Куликов, который на Сталинградском партийном активе тоже выступал с теорией необходимости форсирования развития текстильной промышленности, в результате чего ряд товарищей принужден был выступить с критикой его выступления.
На мой доклад в Саратове, который, между прочим, давал критику такого рода ошибок, тов. Угланов счел необходимым сослаться в своем выступлении в Московском совете, причем связал ссылку на мой доклад с неизвестно чьей фразой относительно «ситцевой губернии», в смысле пренебрежительного отношения к текстильной промышленности Московской губернии.
Я думаю, что наши текстильные районы, Иваново-Вознесенская, Московская губернии и другие районы, ничем не хуже других пролетарских районов.
Я думаю, что совершенно правильно, когда местные партийные организации защищают интересы своей промышленности. Но я полагаю, что неправильно, когда вопросы местной промышленности определяют линию в вопросах общепартийных. Критика этих ошибок у отдельных товарищей из Московской организации была дана в моем докладе, и я думаю, что эта критика правильна."

Далее Щеболдаев говорил о необходимости товаризации деревни, внедрять в с\х продукцию машиностроения, поддерживал прауктику контрактации, говорил он об улучшении работы с рабочими в промышленности, критиковал М. Фрумкина.
Заканчивал он так:
" Я думаю, что задача пленума – помочь партии в деле проведения этих контрольных цифр.  Поэтому необходима полная ясность в вопросах, как мы будем проводить наш хозяйственный план, как будем давать отпор силам, которые и «справа» и «слева» будут пытаться извратить линию партии. Если мы этого не достигнем, то мы этим самым облегчим борьбу тем враждебным силам, рост которых признается всеми, усилим возможность колебаний в самой партии.
Четкие решения пленума ЦК обеспечат нам выполнение плана хозяйственного строительства, которое мы намечаем, обеспечат укрепление нашей партии."