aizen_tt (aizen_tt) wrote,
aizen_tt
aizen_tt

Categories:

Организатор холокоста был сионистом и евреем

Обергруппенфюрер СС Рейнхардт Гейдрих, который был непосредственным организатором холокоста был сионистом и евреем. Первое как бы не секрет (но слабо известно), второе непризнанный факт.

Он прямо заявлял:
"Надо разделить евреев на две категории - сионистов и партизан ассимиляции. Сионисты исповедуют строго расовую концепцию и через эмиграцию в Палестину помогают создать собственное еврейское государство... наши добрые пожелания и наша официальная доброжелательность."

https://www.facebook.com/667986576661529/posts/reinhard-heydrich-zionistwe-must-separate-the-jews-into-two-categories-the-zioni/1765061753620667/

Об этом известно, да и сионистом он вполне мог быть потому что Гитлер хотел отправить евреев в Палестину. Но, это еще не вся правда. Он был евреем, в его предках были евреи и этого было достаточно,  чтобы он отправился в концлагеря, которые сам же создавал. Но, он не отправился. Несмотря на то, что об его еврействе знали в руководстве гитлеровского государства.



Рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер и обергруппенфюрер СС Рейнхардт Гейдрих, ключевой организатор масштабного преступления холокоста, он был сионистом и евреем


Если почитать или посмотреть документальную хронику, можно увидеть утвержение, что Гейдриха проверяли на еврейство, но подозрения оказались безоснователными, он был "аррийцем". Однако, судя по всему результаты проверки Гейдриха сознательно исказили с одобрения самого Гитлера.


Об этом вспоминает личный врач Гиммлера Феликс Керстен. Он описывал свой диалог с Гиммлером:

"– Ходили слухи, что Гейдрих не чистый ариец. Едва ли это правда, да? – спросил я.

– Нет, это полная правда.

– Вы знали это раньше или узнали только после его смерти? А господин Гитлер об этом знает? – спросил я в изумлении.

– Я знал об этом еще тогда, когда возглавлял Баварскую политическую полицию. В то время я обсуждал этот вопрос с фюрером; тот вызвал Гейдриха, долго говорил с ним и получил очень благоприятное впечатление. Позже фюрер сообщил мне, что Гейдрих – очень одаренный, но также очень опасный человек и наше движение не должно отказываться от его талантов. Таких людей можно использовать, пока они не вышли из-под контроля, и в этом свете его неарийское происхождение чрезвычайно полезно, ибо он будет вечно благодарен нам за то, что мы оставили его, а не изгнали, и станет нашим слепым орудием. Вот как обстояло дело.

Пока Гиммлер говорил, я вспомнил, как подобострастно держался Гейдрих в его присутствии, и у меня открылись глаза.

Гиммлер тем временем продолжал:

– Фюрер мог поручить Гейдриху любое дело, вплоть до акций против евреев, которые никто другой не осмелился бы исполнить, – и оставался в уверенности, что все будет сделано превосходно.

Не удержавшись, я сказал:

– Значит, вы пользовались одним из своих людей, который находился в вашей полной власти, для уничтожения евреев. Дьявольски хитроумный трюк!

– Что вы имеете в виду? – поинтересовался Гиммлер. – Почитайте Макиавелли и его учение о благе государства; там вы найдете совсем иную точку зрения. Вы думаете, что времена сильно изменились? Все отличие в том, что методы стали более утонченными. Макиавелли вел бы себя совершенно так же, если бы перед ним стоял вопрос спасения государства и применения силы, которая постоянно находилась в его распоряжении.

На это мне нечего было ответить. Гиммлер закончил разговор, настойчиво попросив молчать о том, что мне рассказал."

И вот продолжение, слова Гиммлера:

"– Знаете, мой дорогой господин Керстен, Гейдриха постоянно мучил факт его расовой нечистоты. Он хотел доказать, что германские элементы в его крови доминируют, тем, что отличался в разных областях, особенно в области спорта, в которой евреи не играют никакой роли. Он по-детски радовался, заслужив Серебряный спортивный значок и Значок наездника, побеждая в фехтовальных состязаниях, на охоте, привозя домой прекрасные охотничьи трофеи, или получив Железный крест 1-го класса. Но все это он делал ради единственной цели, не находя в этом никакого удовольствия, хотя пытался убедить себя в обратном.

В течение многих лет я мог близко его наблюдать и знаю, о чем говорю. Как мне было жаль его, когда он предлагал людей для службы в СС, обращая особое внимание на их безупречное расовое происхождение. Я знал, что в такие моменты происходит у него в душе. Он никогда не мог найти покоя; его постоянно что-то тревожило. Я часто говорил с ним и пытался помочь ему, даже вопреки собственным убеждениям, указывая на возможность подавления еврейских элементов вливанием более благородной германской крови, и приводил в пример самого себя. Как он был рад, когда отношение к тем, кто на четверть еврей, нашло выражение в расовых законах, хотя причиной тому были только политические соображения, чтобы окончательно решить еврейский вопрос. Однако в тот момент он был очень благодарен мне за такую помощь и как будто бы на время освобождался от своих тревог, хотя в долговременном плане ничто не могло ему помочь.

Гиммлер остановился, аккуратно зажег сигару и, глядя на голубые кольца дыма, продолжал, словно обращаясь к самому себе:

– В одном отношении Гейдрих был незаменим. Он обладал безошибочным чутьем на людей. Опять же в основе этого лежал его внутренний конфликт. Будучи сам расколотой личностью, он с уверенностью мог ощутить такой раскол в других. Он предвидел поступки врага или друга с совершенно поразительной ясностью. Его коллеги почти не осмеливались ему лгать; он всегда чувствовал ложь. Он мог читать их побуждения, как открытую книгу. Разумеется, начальником он был нелегким, и его справедливо боялись. Он навязывал подчиненным собственное беспокойство и погонял их так же, как что-то непрерывно погоняло его. В целом он был воплощением недоверия – «сверхподозрительным», как его называли, – и никто не мог этого долго выдержать. Если, презрительно скривив губы, он заявлял: «Господин рейхсфюрер, этот человек – негодяй», то в этом всегда что-то было, и достаточно скоро он с триумфом предъявлял доказательства. На многих докладах, которые мне приносили, а я передавал их ему, чтобы он высказал свое мнение, появлялась надпись: «Не верьте этому – просто слух – дикое измышление». Когда я спрашивал его, предпринимал ли он расследование по данному докладу, Гейдрих отвечал – еще нет, это просто его ощущение. Обычно он оказывался прав. Он никогда не забывал раз услышанных имен; его дар к сопоставлениям превосходил все прочие таланты, он был живой картотекой, мозгом, в котором хранились и сплетались воедино все нити. Короче говоря, он был прирожденным офицером разведки и идеальным главой полиции безопасности.

Гиммлер продолжал:

– Он был чрезвычайно полезен в другом отношении – в борьбе с евреями. Он преодолел еврея в самом себе чисто интеллектуальными методами и переметнулся на другую сторону. Он был убежден, что еврейские элементы в его крови – проклятье; он ненавидел кровь, которая сыграла с ним такую шутку. Фюрер в самом деле не мог бы найти лучшего человека для кампании против евреев, чем Гейдрих. По отношению к ним он не знал ни жалости, ни пощады."

http://www.xliby.ru/istorija/pjat_let_rjadom_s_gimmlerom_vospominanija_lichnogo_vracha_1940_1945/p12.php
Tags: Холокост
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments